Глава 2. Обществоведение №2

- А-а-а-а-а-а-а!!!!! - громкий протяжный крик разнесся по всей школе, заставляя вздрагивать каждого учителя и ученика. Обладатель этого крика - Даниил Перушев - был прижат лицом к стене в кабинете истории. Здоровенный обритый парень заломил ему правую руку за спину и настойчиво требовал, чтобы Перушев извинился.

- Пошел на... а-а-а-а-а-а!!!! - ответил Даниил и снова завопил от боли, когда его рука за спиной поднялась вверх. Наконец, Женя Гребенников, который и был тем обритым парнем, отпустил руку. Перушев тут же сиганул к двери и выскочил в коридор.

- Черт, убежал, ну ничего, - произнес стоящий рядом Роман Семёнов. Он ухватился рукой за портфель Даниила и попытался поднять, но ему даже не удалось сдвинуть его с места, так как там лежали все учебники за 11-й класс, несколько учебников за 10-й, куча не стиранной годами одежды, дискеты, скотч, проволока, зубная паста "Blend-a-mad" и еще много всякой всячины. Тогда Роман двумя руками перетащил портфель к раковине и приподнял его. Огромный вес согнул Семёна. Обливаясь потом, он прохрипел:

- Женек, помоги...

Тот не заставил себя долго ждать. От мощного удара военным ботинком сумка Перушева взлетела и плавно опустилась в раковину. С труб посыпалась краска. Раковина накренилась, но все-таки выдержала вес данииловского рюкзака. Семенов расстегнул молнию портфеля и открутил до упора ручку водопроводного крана. Затем Рома отбежал, а какой-то милосердный ученик закрыл кран. Даниил с угрюмым видом зашел в класс, с чавкающим звуком оторвал свой портфель от раковины и поплелся на свое место. Из сумки ручьями текла вода. Наконец в класс вошел Игорь Петрович, учитель истории, обществоведения и москвоведения.

- Здрав-ствуй-те! Так, так, садитесь, садитесь. Саш, ты отметила, кого нет?

Игорь Петрович, прищурившись, оглядел класс:

- Так, Подэград, пожалуйста, иди отвечать. Расскажи мне, что такое "социогенез".

- Ну, я не знаю, - озираясь по сторонам, промямлил Валентин.

- Та-а-ак. Ну, ты ведь слышал, как я объяснял это? Ты ведь был на моих уроках? Был?

- Да не знаю я! - донеслось с задних парт.

Стены класса дрогнули от оглушительного хохота учеников, которые посчитали этот выкрик за ответ Игорю Петровичу.

- Ладно, будете сейчас писать работу! По вашим физиономиям видно, что вы ни черта не знаете, - улыбаясь, сказал Петрович.

Все начали писать, точнее, пытаться писать, но у них ничего не выходило. Кто-то рисовал, кто-то читал физику, а Елистратов с громким хрустом грыз ногти, и звук раскусываемых ногтей разносился по всему классу. Это был привычный звук, и никто не обращал на него внимания.

Прошло минут десять. Игорь Петрович, кряхтя, поднялся и начал ходить по классу. Внезапно Перушев выпрямился и громко почесал выбритую утром щеку. Петрович посмотрел в противоположную от Даниила сторону и сказал:

- Так, ты что с таким грохотом чешешься, Даниил?

Не получив ответа, он сел за стол и произнес:

- Ну, вы там заканчивайте, сейчас звонок будет.

- Да заткнись ты, - опять донеслось с парты, за которой сидели Перушев и Данилов.

Одиннадцатиклассники снова начали давиться от смеха, но лицо Игоря Петровича по-прежнему оставалось безмятежным. Наконец, прозвенел звонок, все сдали работы, некоторые из которых представляли собой лишь пустые листы. Историк стремительно вышел из класса. Следующий урок был  в этом же кабинете. Гребенников взял указку и подошел к Перушеву Даниилу сзади. Семёнов последовал его примеру, только  остался стоять у двери.

 Тело Перуша  изогнулось так, как будто через него пропустили ток высокого напряжения, когда в его спину вонзилась указка Женька. Даниил повернул голову, пытаясь узнать, что происходит.  В ответ на это его голову грубо пригнули к столу, продолжая медленно и методично вонзать указку в податливое тело. Наконец, Перушеву, извернувшись змеей, удалось выскользнуть из объятий Женька и упасть на пол. Оказавшись у двери, он уже собирался выскочить в коридор вместе с портфелем, и поэтому растерялся, когда рука Семёнова схватила его за рукав серой грубой рубахи. Роман  без особого усилия отшвырнул Даниила назад. Затем последовал меткий удар Сёмы по почкам Перушева. Последний глухо охнул и согнулся от боли. Портфель был сорван с его спины и брошен в класс. Он с шумом сбивал учеников и переворачивал парты. Следом за этим сразу две указки опустились на спину Даниила. Тот завертелся волчком, стараясь избежать града ударов и подставляя менее уязвимые места. Но это не помогло. Сыплющиеся с пулеметной скоростью удары, покрывали каждый дюйм его тела. И не было такого места, куда  не ударила со страшной силой указка Ромы или Жени.

Через несколько минут рубаха, в которой ходил, не меняя ее с детства, Перушев, превратилась в лохмотья. Джинсам повезло больше: на них было всего две или три дырки, из которых текло - Даниил уже больше не мог контролировать свои  импульсы.

- Фу-у-у, да он обтрухался! - закричал Женек и отбросил указку, сплошь покрытую вмятинами. Роман Семёнов брезгливо поморщился, вытер свою указку о джинсы Перуша и положил ее на учительский стол в тот самый момент, когда проиграл звонок и вошел Игорь Петрович. В классе наступила тишина. Затем кто-то возмущенно крикнул:

- Да я читаю!!

- Парень читать научился, - сказал Тишин, тщедушный парень с заискивающим видом, хитренькими глазками и худым лицом, расплывшемся в вечной улыбке.

- Молодец, сейчас буду спрашивать, - сказал историк.

Через минуту стали спрашивать двоечников. Никто не мог связать даже двух слов. Заигравший звонок все восприняли с облегчением. Учитель раздраженно воскликнул:

- Идите отсюда, ни черта не успел!

После этих слов ученики одиннадцатого класса отправились на физику.

© ВСЕ ПРАВА НА ТЕКСТ SCHOOL FICTION ПРИНАДЛЕЖАТ СТАНИСЛАВУ ДАНИЛОВУ (STANISLAV DANILOV) И ВИКТОРУ ГАББАСОВУ (VIKTOR GABBASOV). 1998-2007.

© ВСЕ ПРАВА НА ИЛЛЮСТРАЦИИ И ОФОРМЛЕНИЕ ТЕКСТА SCHOOL FICTION ПРИНАДЛЕЖАТ ВИКТОРУ ГАББАСОВУ (VIKTOR GABBASOV). 1998-2007.